Главная Новости Контакты

Алан Уоллес в Калмыкии проводит двухдневный ретрит по шаматхе

 слева Алан Уоллес в Калмыкии (фотоархив)3 июля  в Элисту по приглашению шаджин-ламы Калмыкии Тэло Тулку Ринпоче прибыл известный учитель Дхармы, исследователь и переводчик Алан Уоллес. Это его второй визит в республику.

Сегодня в монастырском комплексе «Геден Шеддуб Чой Корлинг» начался двухдневный ретрит по практике однонаправленного сосредоточения – шаматхи. На встречу с известным учителем медитации Аланом Уоллесом приехали буддисты из соседних регионов - Краснодара, Ростова на Дону, Волгограда. Приехали также буддисты из разных  районов республики.

Шаджин-лама Калмыкии Тэло Тулку Ринпоче сердечно приветствовал  собравшихся и Алана Уоллеса. Он  поблагодарил его за то, что тот в своем плотном графике нашел время для приезда в Калмыкию. Тэло Тулку Ринпоче рассказал о том, что  сейчас Алан Уоллес работает над созданием ретритного центра в Индии,  в котором будут обучаться медитации  люди со всех уголков земли. Он выразил радость по поводу того, что у всех собравшихся здесь есть уникальная возможность  познакомиться с методом  шаматхи, являющемся краеугольным камнем в буддийской практике.

Алан Уоллес — выдающийся учитель медитации, его  ретриты по шаматхе пользуются огромной популярностью среди практикующих, а основанный им «Международный проект шаматха», поддержан Его Святейшеством Далай-ламой.

Практика шаматхи считается одним из важнейших видов буддийской медитации. Сам Алан Уоллес пишет: «Шаматха, для освоения которой используются различные методы, используется, чтобы сделать ум более гибким и послушным, что позволит выполнять более продвинутые практики. Шаматха практикуется не только в буддизме; эта практика оттачивания навыков внимания существует в таких столь различных традициях, как индуизм, даосизм, раннее христианство и исламская школа суфиев».

монастырский комплекс Калмыкии "Геден Шеддуп Чой Корлинг"
Алан Уоллес: Природа и цель шаматхи

По сравнению с Западной наукой буддийское исследование природы мира отталкивается от радикально иной точки отсчета и их методы разнятся соответственно. Пионеры научной революции, включая Коперника, Кеплера и Галилея, в основном интересовались природой физических объектов, предельно далеких от субъективного мира человека: таких как относительное движение Солнца и Земли, характер поверхности Луны и эпициклы планет. Центральным принципом научного натурализма является чистейшая объективность природы, свободная от малейшего “загрязнения” субъективностью. Принципы объективизма требуют от науки иметь дело лишь с эмпирическими фактами, проверяемыми эмпирическими методами, и перепроверяемыми любым третьим лицом. Такие факты должны относиться, в первую очередь, ко всеобщему, а не к личному, т.е. должны быть доступны более чем одному наблюдателю.

Другой аспект этого принципа состоит в том, что научное знание - подобно знанию в астрономии или физики, - должно быть эпистемологически объективно, другими словами — быть независимым от наблюдателя. Глубинное ограничение подобного идеала состоит в том, что он не способствует изучению субъективных феноменов, что, вероятно, обусловило тот факт, что научные исследования ума начались через целых триста лет после начала Научной Революции. И после этого потребовалось еще сто лет, чтобы признать природу сознания правомерным объектом научного исследования. Коротко говоря, принцип объективности исключает субъективный человеческий ум и сознание из непосредственной сферы естественных наук.

В полную противоположность объективной ориентации Западной науки, Буддизм начинает с предположения, что ум это первичный источник человеческих радостей и горестей, и играет центральную роль в понимании мира в целом. В хорошо известном высказывании, приписываемом Будде, утверждается: “Ум предшествует всем феноменам. Когда ум постигнут - постигаются все феномены”. Таким образом, с точки зрения буддийской традиции, ум и сознание само по себе - первичные предметы интроспективного (самоуглубленного) исследования. Кроме того, подобно тому, как невооруженный глаз оказался непригодным инструментом для исследования Луны, планет и звезд, буддисты считали, что недисциплинированны ум является неточным инструментом для исследования природы сознания, ментальных объектов и процессов. Отталкиваясь от опыта ранних индийских созерцателей, Будда усовершенствовал технику успокоения и улучшения внимания, а затем использовал ее новым образом, подобно тому, как Галилей усовершенствовал телескоп и использовал его для наблюдения
за небом. На протяжении следующих 2500 лет буддийские созерцатели развивали свою практику и использовали эти методы для тренировки ума, что, по их мнению, должно быть инструментом прямого наблюдения за феноменами сознания. Результатом этих исследований явились сформулированные ими сложные теории возникновения сознания, его природы и активной роли сознания в мире; но их поиски никогда не приводили к чему-либо подобному эмпирической теории мозга.

С другой стороны, им удалось разработать строгие приемы исследования ума “от первого лица”, а первейшая задача в таком поиске - это таким образом натренировать внимание, чтобы оно могло стать достоверным, точным инструментом наблюдения. Разумеется и без такой тренировки можно обратить свое осознание внутрь, но недисциплинированный ум очень быстро впадает в возбужденное состояние и утрачивает сосредоточенность, а если ему удастся успокоиться — то немедленно соскальзывает в состояние притупленности и вялости, где можно забыть о какой бы то ни было ясности сознания. Ум, попеременно впадающий то в возбуждение то в сонливость, не лучший инструмент для исследования чего бы то ни было, а в буддизме такой ум прямо признается «нефункциональным».

Алан Уоллес в Калмыкии фотоархив Таким образом, первой целью в буддийском исследовании ума является такое утончение внимания и установление баланса нервной системы, что в итоге ум становится по настоящему «рабочим» инструментом, свободным от пагубных влияний возбужденности и притупленности. Для того чтобы достичь такого состояния, два вышеуказанных препятствия должны быть ясным образом идентифицированы в рамках своего личного опыта. Возбуждение — первое препятствие на пути наблюдения ума — определяется как волнение, интенциональный (целенаправленный) ментальный процесс, который следует за притягательным объектом, и проистекает из навязчивой страсти. [Процесс называется «интенциональным» не потому, что вызван волевым путем, а потому, что имеет свой собственный объект постижения.] Притупленность, с другой стороны, - это интенциональный ментальный процесс, который имеет место, когда внимание становится вялым, слабым и объект медитации не постигается с ясностью и силой. Считается, что притупленность происходит от неведения.

Методы тренировки внимания, разработанные буддистами для противодействия возбужденности и притупленности известны как «шаматха», буквально «безмятежность», «покой». Так называемое состояние «шаматхи» - это невозмутимое состояние внимания, при котором препятствия возбужденности и притупленности исчерпывающим образом устранены. Дисциплина шаматхи не связана ни с какими философскими или религиозными верованиями. Подобную тренировку внимания можно обнаружить в различных созерцательных традициях в истории, включая Индуизм, Буддизм, Даосизм, Христианство и Суфизм. Ее можно рассматривать, как своего рода созерцательную технологию, которая применялась разнообразными способами лицами, придерживающимися совершенно различных философских и религиозных воззрений.

Основная цель практики шаматхи — это развитие устойчивости и ясности внимания. Для понимания этих двух характеристик в рамках буддийской психологии необходимо пояснить, что в буддизме обычно утверждается, что поток осознания состоит из последовательных моментов (или «пульсаций») познания, каждый из которых длится около десятка миллисекунд. Кроме того в череде моментов восприятия, многие акты осознания состоят из моментов нераспознающего (неутверждающего) познания (non-ascertaining cognition), когда объект появляется в рассеянном осознании, но не распознается и его суть не устанавливается.

В рамках этой теории, рискну предположить, что уровень устойчивости внимания растет в связи с пропорцией распознающих моментов познания в отношении избранного объекта. То есть по мере роста устойчивости все меньше и меньше моментов распознающего сознания фокусируются на любом другом объекте. Это ведет к однородности моментов распознающего восприятия. Уровень ясности (яркости) внимания соответствует соотношению моментов распознающего и не-распознающего познания: чем выше частота моментов распознающего восприятия, тем выше ясность внимания. Таким образом реализация шаматхи — это достижение исключительно высокой плотности однородных моментов распознающего сознания.

Возвращаясь к аналогии с телескопом, развитие устойчивости внимания можно уподобить размещению телескопа на устойчивой платформе; одновременно, развитие ясности внимания - подобно полировке линзы и точной фокусировке телескопа. Цонкапа (1357-1419), выдающийся созерцатель и философ, принадлежащий к тибетский буддийской традиции, приводит более традиционную аналогию для иллюстрации важности развития ясности и устойчивости внимания. Предположим, вы ночью хотите рассмотреть висящий ковер. Если вы используете масляный светильник, который светит ярким и немигающим светом, то вам удастся разглядеть изображенный узор. Но если лампа будет тусклой (или яркой, но будет мерцать из-за ветра), то вам никогда отчетливо не увидеть изображение.

(The Buddhist Tradition of Samatha - Journal of Consciousness Studies, 6, №2-3, 1999)

http://realmindfulness.ru

Оставить ответ

Введите цифры изображенные на картинке:

Архивы

Translator

Russian flagItalian flagKorean flagChinese (Simplified) flagChinese (Traditional) flagPortuguese flagEnglish flagGerman flagFrench flagSpanish flagJapanese flagArabic flagGreek flagDutch flagBulgarian flagCzech flagCroat flagDanish flagFinnish flagHindi flagPolish flagRumanian flagSwedish flagNorwegian flagCatalan flagFilipino flagHebrew flagIndonesian flagLatvian flagLithuanian flagSerbian flagSlovak flagSlovenian flagUkrainian flagVietnamese flagAlbanian flagEstonian flagGalician flagMaltese flagThai flagTurkish flagHungarian flag