Главная Новости Контакты

К 70 - летию депортации калмыцкого народа. Калмыцкие монахи в XX веке. Сохранившие традиции и веру.

Первый Всесоюзный буддийский духовный собор, Москва 1927 г. фото архива центрального хурула РК

28 декабря 1943 года — трагическая дата для калмыцкого народа. Калмыки были высланы из мест постоянного проживания, Калмыцкая АССР ликвидирована. К этому времени Калмыкия, согласно официальным отчетам, была объявлена полностью атеистической. Хурулы уничтожены, священнослужители расстреляны, осуждены либо принуждены к снятию духовного сана.  Религия объявлена «пособницей империализма» и рассматривается как внутренний враг.

Книги на «тодо бичик» - письменности калмыков, на которой написаны все священные буддийские тексты стали запрещенными. Бойкие борцы за новый мир уничтожали их, старики помнят, как ветер носил по степи страницы  разорванных книг.  Но, несмотря ни на что калмыцкий народ выжил, сохранил свою культуру и традиции и веру. Буддизм, как система нравственных ценностей, поддерживал калмыков, оказывая огромное влияние на сохранение духовности и культуры.

Жизнь, быт каждого калмыка были пронизаны буддийским учением, неразрывно связанным с  культурой. Еще свежи были в памяти народа действующие хурулы с сотнями монахов, почти в каждой семье был ребенок, которого определяли в хурул. В каждой семье по традиции просили благословение на рождение детей, родители предпочитали давать имя новорожденному только после согласования с гелюнгом. У монахи заказывали «бу» - амулет, чтобы ребенок выжил в тяжелых условиях, меньше болел, меньше страдал, чтобы его жизненный путь складывался как можно удачнее. «Бу» - защитный амулет представлял собой мантру божества-покровителя, которого определял монах по дате рождения согласно астрологии, ее зашивали в ткань определенного цвета. Считалось, что амулет имеет большее благословение, если зашивали его в кусочек ткани из одежды святого человека — гелюнга.
Встречались изображения божеств или статуэтки - «мирд-бурхн» в окладе, но они были очень редки. Коллекцию таких амулетов, которые сохранили в Сибири врачи после смерти пациентов — калмыков, хранит Национальный музей республики имени Н. Пальмова. Вместе с другими ритуальными предметами калмыков их передали врачи Еврейской Академии имени Майманида.

Калмыки продолжали тайно отмечать праздники Зул, Ур сар, Цаган сар, зажигали лампадки, молились, тщательно пряча оставшиеся в семьях реликвии. Даже в самые тяжелые, голодные времена совершали обряд - «дееҗ» - подношение божествам первой пиалы чая, первого кусочка хлеба и любой еды, с трудом добытые в ссылке.

Калмыцкий хурул начала ХХ века

К монахам обращались за ритуалами «продлить года», «обрезание черного языка», «поминание  усопших», за лечением, «очищением» - «цер бәрх», просили освятить ритуальные предметы, тексты.

Известие о том, в каком месте находится выживший гелюнг, который, несмотря  на запреты, может принять человека,  быстро распространялась среди калмыков. Такие гелюнги становились спасением, ядром духовного сплочения. Своей добротой, стойкостью, силой духа, готовностью помочь людям буддийские монахи заслужили авторитет, уважение и почитание в народе.

В ссылке бывшие священнослужители осуществляли религиозную деятельность, обслуживали духовные потребности верующих, укрепляли их дух во время суровых испытаний. Бывшие священнослужители брали на себя бремя ответственности и заботу за всех страдающих и ищущих помощи, становясь «островками надежды и веры» для высланных калмыков. Получив хорошее образование в хурулах, гелюнги, делились своими знаниями, лечили, спасали от многих болезней, молились за умерших и живых, помогали каждому, кому нуждался в их помощи.

Грамотные, знающие старо калмыцкое письмо, владеющие тибетским языком, они были начитаны, хорошо знали калмыцкую литературу, письменные памятники, были знакомы с астрологией и тибетской медициной. Многим  они помогали просто словом, давали наставления. Помощь гелюнга была необходима людям, которые были обречены на такие испытания, как война, ссылка, голод, разруха, лишения.

Несмотря на гонения, на то, что проявление религиозных чувств осуждалось, более стойкие люди продолжали оставаться верными своей религии и крепко держались своей веры. Благодаря деятельности священнослужителей сохранились вера и традиции калмыцкого народа, которые они пронесли сквозь все испытания и передали следующим поколениям.

 Репрессированный калмыцкий монах Тугмюд Гавджи (Цаганаманский аава)Отрадно, что люди сохранили библиотеку Тугмюд-гавджи,  она передана в архив Калмыцкого института гуманитарных исследований РАН. В библиотеке Гавджи можно увидеть книги по буддизму, дидактике, астрологии,  буддийской философии, футурологии, медицине, грамматические сочинения и другие. Более двухсот наименований литературы на тибетском, монгольском, ойратском языках. Среди них есть очень редкие и ценные произведения.

Судьба Гавджи (Тугмюд Гавджи или Дорджиев Очир Манджиевич) (1887 — 1980гг.) складывалась также драматически, как и судьбы многих и многих других священнослужителей начала 30-х годов. Ему предъявили ложное обвинение и сроком на 5 лет лишили его свободы. Условия пребывания в ссылке  были невыносимо тяжелыми. Но где бы он не находился: во время первой ссылки как священнослужитель, после возвращения из ссылки, во время второй ссылки, но уже сибирской, как калмык по национальности, после возвращения из тринадцатилетней ссылки, когда проживал в Астрахани (в Калмыцком Базаре), затем в Цаган-Амане Гавджи не прекращал заниматься религиозной деятельностью.

Имя буддийского священнослужителя Зодвы Натырова (1902-1995), как и досточтимого Тугмюд Гавджи, широко известно в народе. Людская молва разнесла по всей республике и за ее пределами славу врачевателя Зодвы- гелюнга. Зодва-гелюнг посвятил всю свою жизнь служению вере и бескорыстной помощи людям.
Выпускник высшей буддийской школы Чееря-хурула, монах, эмчи, астролог Зодва Натыров в годы советской власти не избежал репрессий. Но во все времена он неукоснительно соблюдал все буддийские обеты, читал молитвы, от руки переписывал тексты на «тодо бичиг» («ясном письме»). В 1937 году, как и многие видные религиозные деятели того неспокойного времени, он был арестован и осужден сроком на пять лет. Он отбывал срок в разных тюрьмах и лагерях. Строил Беломорканал. Выжил, хотя немало людей погибло в лагерях, от тяжелого труда и невыносимых условий.

После освобождения в 1942 году Зодву Натырова направили на фронт. Он воевал на фронтах Великой Отечественной войны с 1942 по 1945 год в составе 403 отдельной разведроты, 351 стрелковой дивизии. Воевал на Кавказе. Был ранен, лежал в госпитале. Дошел до Кенигсберга. За боевые заслуги Зодва Натыров награжден медалью «За победу над Германией». Имел множество других наград. В 1943 году с калмыцким народом был выслан в Сибирь.

В 1945 году он был направлен на спецпоселение в Калачинский район, Омской области. 9 апреля 1956 года Зодва Натыров был освобожден от спецпоселения. Везде, где бы он ни находился, где бы ни работал, он всегда помогал людям, лечил. В 1958 году Зодва Лазуткаевич вернулся на родину и в   совхозе «Володарский» продолжал лечить людей. Делал он это негласно, поскольку местные власти не одобряли такой практики. К нему приезжали со всей республики и соседних регионов, он никому не отказывал в помощи.
Однокурсником Зодвы Натырова по Чееря-Хурулу был Намка Кичиков (1901 - 1985), также ставший впоследствии известным в республике священнослужителем. Выпускник высшей буддийской школы Чееря-хурула, монах, эмчи, астролог Намка Кичиков успел завершить свое образование, получить сан гелюнга и поработать в хуруле. В годы репрессий, обрушившихся на священнослужителей, он продолжал свою деятельность, затем, уступив настойчивым просьбам родных, снял с себя монашеский сан. Но всегда оставался верным принципам буддийской философии бескорыстно помогать людям и быть сострадательным.  Рискуя попасть в немилость, совершал ритуалы, основанные на священных буддийских текстах и мантрах, призванных устранять препятствия на пути к исцелению. Его врачебный талант, бескорыстие и постоянная готовность прийти на помощь в полной мере раскрылись в годы сибирской ссылки. В период депортации семья Кичиковых попала в Новосибирскую область. Потрясенных жестокостью депортации, ослабевших людей косили испанка и тиф. Многие из ссыльных были при смерти. Ночью в бараки к больным людям приходил Намка Долдушевич и приносил приготовленные им самим лекарства. Они спасли от смерти немало людей.
Репрессированный калмыцкий монах-эмчи Намка Кичиков
В село Ново Ключи Купинского района Новосибирской области, где он жил, трудными дорогами, рискуя быть арестованными, добирались калмыки, чтобы попросить о помощи. Коменданты, не раз наказывали ссыльного лекаря за отлучки по зову страждущих, но вскоре смирились с его призванием и сами, также под покровом ночи, стали привозить к нему больных детей и родственников. В ссылке калмыцкий эмчи составлял рецепты лекарственных препаратов, исходя из местных растений, минералов, словом, всего, что было под рукой. В Сибири готовил лекарства из еловых шишек и веток, по возвращению на родину находил лекарственные растения в степи.Заслуженный врач Калмыкии Марк Исаакович Стеклов часто ездил к Намке Долдушевичу в свое время и интересовался его рецептами.Хотя молодые монахи Калмыкии считают, что Намка Кичичков обладал сиддхами, позволявшими ему отварами из ели поднимать людей. У молоденькой калмычки, работавшей на лесоповале,опухла рука от пальчиков до плеча. Хирург сказал, что надо отрезать руку полностью и все, другого лечения нет. Ей посчастливилось встретить Намку, в сумерках она приходила к нему за отваром и скоро опухоль спала, рука зажила. Уже в годах, она плакала и наказывала детям помнить доброту калмыцкого монаха.

Еще одним известным выпускником Чееря-хурула был Санджи Уланович  Уланов (1903 — 1996 гг.). Однокурсник Намки Кичикова и Зодвы Натырова Санджи-гелюнг обучался на философском факультете, а Намка Кичиков — на медицинском, Зодва Натыров — на астрологическом. После учебы в Цанит-Чееря в 1923 году Санджи-гелюнг был направлен в Сальские степи. В годы массовых репрессий Санджи-гелюнга арестовали в Ростове-на-Дону и отправили на Колыму. Санджи Уланович так вспоминал о жизни в лагере: «Многие люди погибали от физических и морально невыносимых условий. Со мной сидели профессора, академики, военачальники, которые не выдерживали унижений» [«Дыхание лотоса», 1996, №9].
В общей сложности Санджи-гелюнг отсидел в колымских лагерях около 25 лет. После освобождения Санджи-гелюнг остался на Колыме в качестве вольно поселенца, ввиду того, что калмыки были высланы в Сибирь. Вернувшись в Калмыкию в 1957 году, он вынужден был жить в разных местах, так как находился под негласным надзором до 1989 года.
Но, несмотря ни на что Санджи-гелюнг не давал угаснуть Учению Будды,   глубокую веру он пронес через свою нелегкую жизнь и будил ее в сердцах людей. Санджи-гелюнг дожил до счастливых дней, когда в июле 1991 года Калмыкию посетил Его Святейшество Далай-лама XIV и состоялась его встреча с Его Святейшеством Далай-ламой: «Из номера вышел Его Святейшество Далай-лама. Он пошел навстречу Санджи-гелюнгу и, не доходя до него, склонился и головой дотронулся его рук, преподнеся ему белый хадак. Так, по традиции встречают монахи младшего возраста старейших монахов» [«Дыхание лотоса», 1996, №9].  Далай-лама интересовался историей хурулов в 20-е и 30-е годы, пребыванием
Санджи-гелюнга в лагерях и его нынешней жизнью. На прощание они сфотографировались.

Имена многих буддийских монахов остались в народной памяти как пример мужества, стойкости духа, преданности вере и любви к своему народу. Среди них Бадма Гедеев (1890 — 1973). В 6 лет он начал учиться в Ики Докшн-номин хуруле Багацохуровского улуса.  Его образование продолжалось 18 лет, он с отличием сдал выпускные экзамены, принял обеты гелюнга. С 1911 по 1921 годы работал в сюмэ Ламрим-лим в качестве эмчи и зурхачи, преподавал философию в Ики-Докшн — номин хуруле.
В 1933 году  был арестован. Находился под охраной на острове в Каспийском море. Выслан в Сибирь. С 1944 — 1947 год находился в ссылке в Красноярском крае, недалеко от Тугмюд-Гавджи, который называл его «младшим братом» и тяжело больных людей направлял к нему на лечение,  и оно было тайным. А официально Бадма Гедеев работал плотником, кузнецом, строителем, печником. В 1958 году вернулся в Цаган-Аман. К нему много раз обращались ученые-исследователи как к знатоку калмыцких традиций, литературы, письменных памятников, фольклора. Кроме того  он мог изготовить домбру, бортху, стол, шкаф, и так далее. Им был выполнен большой заказ калмыцкой народной утвари для экспозиции в музее имени Пальмова.
Калмыцкий хурул в Яндыко-Мочажном улусе ныне Астраханская обл. Лиманский район, в 30-ые годы разрушен до основания
Хара Балданов (1894 — 1968гг.). В малолетнем возрасте отдан на учебу в хурул. Получил образование эмчи — лекаря. Стал настоятелем хурула — хурлын ахлач. В 30-х годах снял монашеский сан. В 1943 году - ссылка в Сибирь. Находился в Славгородском районе Алтайского края. В Сибири спасал людей от болезней, лечил травами, благословлял - «номар тəрндх», даровал обеты для очищения - «цер өгх», проводил обряды и ритуалы. В 1957 году вернулся в родной поселок Шин-Мер, где продолжал помогать людям.

Цаган Атхаев (1900 — 1981). В 7-летнем возрасте поступил в хурул Болан  Толга селения Улан-Хол. После окончания учебы, Цаган-гелюнг возглавлял хурул, проводил ритуалы, лечил людей. В 1936 году приговорен к 5 годам лишения свободы, затем 13 лет ссылки в Сибирь. По возвращении жил в Улан-Холе, помогал многим людям.

После восстановления калмыцкой автономии верующие пытались добиться открытия хурула. Однако власти не допустили регистрации ни одной общины. Партийная верхушка считала важным поддерживать имидж Калмыкии как атеистической республики. Однако вопреки желанию тогдашних властей в Калмыкии все же возник ряд неофициальных буддийских центров, чаще в местах проживания бывших лам. Такие центры находились в поселке Цаган- Аман, совхозе «Заливной», селе Троицкое и в некоторых других местах.

В поселке Цаган-Аман, где проживал Тугмюд-гавджи, до сих пор сохранился его молельный домик,  рядом с ним построили жители района хурул. В народе Тугмюда Гавджи называли Цаганаманский Аава. Зодва Натырова, проживавшего в совхозе Володарский, знали как Володаровского Ааву, в память о нем односельчане построили ступу. Намка Кичиков жил в поселке Заливной, ныне Алцынхута, его именем назвали улицу, где он жил, в настоящее время строится ступа в его честь.

Нелегкой была судьба калмыцких священнослужителей в XX веке. Их имена собирают по крупицам юные краеведы, историки, ученые, писатели. Несмотря на тяжелые испытания, гонения и ссылки, бывшие священнослужители, выпускники Чееря-хурулов,  оставались духовными наставниками, сохраняли традиции и веру, любили, благословляли  и утешали свой народ.

В библиотеке Центрального хурула «Золотая обитель Будды Шакьямуни» собирается материал о судьбах калмыцких священнослужителей, просим всех,  у кого сохранились фотографии, записи о жизни калмыцких монахов, принести копии для пополнения архива.
К 28 декабря в библиотеке подготовлена выставка материалов и книг, посвященных депортации калмыцкого народа, а также стенды о жизни и деятельности репрессированных калмыцких буддийских монахов.

Надежда БАКАРАЕВА,
заведующая библиотекой  центрального хурула  Калмыкии
«Золотая обитель Будды Шакьямуни»


Оставить ответ

Введите цифры изображенные на картинке:

Архивы

Translator

Russian flagItalian flagKorean flagChinese (Simplified) flagChinese (Traditional) flagPortuguese flagEnglish flagGerman flagFrench flagSpanish flagJapanese flagArabic flagGreek flagDutch flagBulgarian flagCzech flagCroat flagDanish flagFinnish flagHindi flagPolish flagRumanian flagSwedish flagNorwegian flagCatalan flagFilipino flagHebrew flagIndonesian flagLatvian flagLithuanian flagSerbian flagSlovak flagSlovenian flagUkrainian flagVietnamese flagAlbanian flagEstonian flagGalician flagMaltese flagThai flagTurkish flagHungarian flag