Герел Нурова: «Место, где практиковали великие учителя прошлого, оставляет в сердце покой и мир»

Как известно, в первой половине января текущего года в индийском городе Бодхгая (штат Бихар) Его Святейшество Далай-лама ХIV даровал 34-е посвящение Калачакры. В священном мероприятии приняли участие и многие калмыцкие паломники. Своими впечатлениями об этой поездке в Индию по нашей просьбе поделилась заслуженный художник Республики Калмыкия Герел Владимировна Нурова.

Герел Нурова: «Место, где практиковали великие учители прошлого, оставляет в сердце покой и мир»Декабрьский серый день. Автобус Элиста – Москва отъезжал от западных ворот  главного храма Калмыкии «Бурхн Багшин алтн Сюмэ» (Золотая обитель Будды Шакьямуни). Проводить отъезжающих подошли священнослужители хурула Анджа-гелюнг, Отхон-гелюнг, а вместе с нами в в дорогу собрался настоятель Лаганского  хурула Лобсанг Цонду (Виталий Манкиров).  Было приятно видеть монахов возле отъезжающего автобуса, что воспринималось нами как залог удачного и легкого пути на Учения.

Начало было положено.  Заснеженная широкая степь провожала нас  сгущающейся темнотой, казалось, что окна домов  радостно мигали на прощание золотистыми огнями.

До Москвы доехали быстро,  международный аэропорт Шереметьево в очередной раз удивил скромными  размерами, пассажирской загруженностью и нехваткой мест в залах ожидания.

Наконец, объявили наш рейс «Москва – Дели»! Ура! Давненько не была  я в Индии -  стране Будды, теперь же отечественный «СУ» доставит нас с паломниками в её столицу.

Как же красив международный аэропорт имени Индиры Ганди с огромными инсталляциями, укрепленными на стене, – руками в символических жестах – «мудрах», головой Будды, встречающими всех прилетевших, и скульптурами слонов в натуральную величину в зале. Вдыхаем воздух благословенной Индии, но почему-то он уже не кажется ядреным и концентрированным, как в первый  приезд. Сейчас это ни с чем не сравнимые  ароматы горючего,  жженой резины с  нотами  тлена.

Но Дели это не совсем Индия. В этот приезд мы уже не увидели здесь автобусов и грузовиков, украшенных цветами и светящихся гирляндами (вероятно, было дано указание ” убрать  мишуру” и стать более строгими, равняясь на западные столицы).

И думаю, что каждый, кто здесь бывал раньше, подтвердит, что в Индии жизнь меняется на глазах, здесь уже  не увидишь  в столице чисто индийские декор оформления общественного транспорта, хотя снуют  ”тук-туки” (индийский вид такси), ездят велорикши, но все стремительно изменяется.

Узнаваемые приметы делийской зимы: словно в знакомых кадрах кинофильма я вижу бредущих вдоль дороги, стоящих, разговаривающих по телефону мужчин в шарфах, намотанных на голову; женщин в сари, печальных велорикш, налегающих  всем телом на руль велосипеда, деловых водителей «тук-туков», смело обгоняющих автомобили.

А  смог и опустившийся ночной туман индийской столицы, сквозь которые  движущийся транспорт, люди, огни  кажутся загадочными  и  одновременно подернутыми тоской, добавляют свои краски в пейзаж великого города.

Наступление Нового года здесь не ощущается так сильно, как в России. Индия все перемалывает, переделывает, на всем ее отпечаток, все привычные  домашние традиции здесь отодвигаются на второй, третий, дальний план.

Даже казалось странным слышать от  кого-то: «С наступающим! Скоро Новый год!».

Здесь это почти неуместно, так как никто из местных не придает особого значения переходу от 31 декабря к 1 января по григорианскому календарю, словно это не знаменательный рубеж между годами, а обычная смена суток.

Индия справляет свои, национальные, праздники и торжества, история  которых насчитывает   много веков.

Во время переезда из тибетского района Манджну-Катила на вокзал прямо в автобусе мы встретили Новый год.

Герел Нурова: «Место, где практиковали великие учители прошлого, оставляет в сердце покой и мир»Среди  радостных поздравлений в салоне самым важным мне показалась поздравление Любови Сергеевны всем счастливцам, приехавшим  на Калачакру.

Перед началом 2017 года из-за аварии на железнодорожных путях было отложено отправление более 100 поездов, но нам очень повезло: всего лишь с десятичасовой задержкой наш состав отправился из Дели в Гая.

Под потолком гудел вентилятор, «чтоб мы не замерзли», - шутил лама Лобсанг Цонду.

В вагоне мы могли наблюдать жизнь простых индийцев, в плацкарте нашими соседями оказалась большая семья (все очень симпатичные люди): отец, мать, сын, дочь, а также их молодые родственники - кузина с мужем и капризным малышом.

На остановках мужчины и юноша выскакивали, принося  пирожки, чай, печенье, которые затем, дружно усевшись, семья ела.

Кудрявый трехлетний хорошенький малыш часто пищал, плакал, то ему  хотелось спать, то хотел, чтобы его носили на руках  вдоль вагона, что неизменно выполнялось  смиренной матерью, которую иногда сменял супруг. Я обратила внимание, что никто из взрослых не повышал голоса, не шикал на ребенка и не заставлял «сейчас же замолчать». Вообще сцены общения родителей с детьми радовали. Например, расположившиеся по соседству ладакская девочка с отцом, тоже ехавшие на Калачакру, вместе смотрели Интернет, тихо разговаривали, а затем одновременно легли спать.

Когда, устав плакать, мальчик замолкал, в плацкартном купе воцарялись  тишина и спокойствие,  и под тихие звуки болливудского фильма из телефона девочки-подростка мы читали мантры, смотрели в окна,  за которыми проплывали зеленые, дремотные поля, ложились спать и ждали конца пути.

В соседнем плацкарте  также расположились  наши земляки, несколько паломников из Ладака, убеленный сединами  мягко улыбающийся дедушка бурят. Все они прекрасно нашли общий язык. Через какое-то время можно было наблюдать их диалоги, состоящие из жестов, минимума  интернациональных слов  и  улыбок.И все угощали друг друга: малыша - турецкими мандаринами, купленными в Элисте, нас - индийскими сладостями и жаренными мюсли.

И вот, наконец, – станция Гая. Многочисленная делегация выгрузилась и, волоча чемоданы, устремилась на привокзальную площадь.

На больших белых автобусах, чьи багажные отделения поглотили нашу тяжелую поклажу, мы подъехали к лагерю на окраине города. В темноте лагерь, состоящий из  щитовых домиков, слабо  освещаемых  фонарями, встретил нас тишиной и походным уютом, свидетельствуя о том, что мы наконец-то доехали…

На две недели лагерь калмыцких буддистов стал для нас родным домом, и мы радостно приходили сюда вечером после хождений по Бодхгае, а по утрам быстро покидали его, устремившись в центр города.

Нас захватила стихия места!

Герел Нурова: «Место, где практиковали великие учители прошлого, оставляет в сердце покой и мир»Каждый день мы ходили на Учение Его Святейшества Далай-ламы, сидя по навесами слушали то, что говорил нам Великий лама, воплощение Авалокитешвары, и каждый уносил с собой в памяти его слова и наставления. Многие затемно до начала Учений шли к вихаре  Махабодхи, возведенной царем Ашокой возле дерева,  где Будда достиг Просветления.

На Махабодхе, у чудо-дерева, протянувшего ветви далеко от ствола, на нескольких террасах  народ совершал обходы, стоял гул человеческих голосов, просто какой-то невероятный мощный гул, -  мантры и молитвы, произносимые паломниками из разных буддийских стран, звучали подобно фантастическому хору, разноголосому и слаженному одновременно.

Неблагодарная задача, в век технологий, своими словами передавать  впечатления от всего услышанного и увиденного на Калачакре. Сложно  передать какое-то чувство человеческой общности, большого единства народов, почитающих Три Драгоценности и прибывших сюда, чтобы получить посвящение от Его Святейшества Далай-ламы 14-го.

В один из выпавших дней отдыха, по рекомендации Далай-ламы для многочисленных паломников, мы все поехали в паломничество по ближайшим святым местам, одни названия которых говорят за себя: Гритхакута – Гора Коршунов, Пещера Махакалы, Наланда…

Невероятно, что творилось по всему пути следования – люди, люди, много людей. Толпы паломников  везде разделялись на две части - тех, что шли к святому месту и тех, что уже спускались.

И казалось, что уже невозможно поместиться всем на площадке, где была изложена Бхагаваном знаменитая сутра «Праджняпарамита-хридая сутра», но люди все прибывали и прибывали, уже некуда было встать, но каким-то чудесным образом множество паломников умещалось на небольшой верхней площадке. И все, находившиеся  там, читали Сутру Сердца: на тибетском, русском, китайском, вьетнамском и других языках мира.

Какой-то человек кричал очень громко и требовательно по-английски: «Не надо жечь благовония! Это место не для подношений! Медитируйте!»

Но на его возгласы мало кто обращал внимания, каждый молился и старался наполнить смыслом минуты своего пребывания там.

Забота лам и сотрудников нашего хурула ощущалась. В частности,  на обратной дороге кто-то из новичков затерялся, оторвавшись от общей группы, его искали почти час в столпотворении  десятков автобусов с паломниками и, наконец, нашли.

Каждую группу в автобусе сопровождали монахи – ген Нгаванг Лодой, гелюнг Йонтен Лодой (Сергей Киришов), лама Лобсанг Цонду, Санал-гелюнг.

В Наланду мы приехали за час до закрытия парка. Руины впечатляли громадой, многие части монастырского комплекса  обнесены оградой, и к большинству из них невозможно  дотронуться руками, а  возможно, это к лучшему: нас очень смутили надписи на английском на одном из фундаментов - «здесь был такой-то …», нанесенные гвоздем или острым ножичком на красных кирпичах …

В лучах заходящего солнца фундаменты зданий, основания ступ окрасились оранжевым цветом и контрастировали с раскидистыми кронами  зеленых платанов. Здесь же лама Санал дал краткую лекцию по истории великого Университета.

Территория университета Наланда охраняется государством, здесь ведутся работы по консервации останков строений. Место, где практиковали величайшие учители прошлого, оставляет в сердце покой и мир. Неохотно мы покинули его, пожелав себе вернуться когда-нибудь сюда.

Спокойные поля, равнины штата Бихар, сильно обмелевшее  русло реки Нараджаны, представлявшиеся  в воображении совсем другими, говорили о переменчивости всего и о том, сколь далеки от нас годы жизни Будды.

Как -то раз у Махабодхи, сидя в сгустившихся прохладных ночных сумерках у дерева и делая набросок, я познакомилась с маленьким девятилетним монахом из Бутана. Он попросил в подарок мой набросок, дать который я не могла, и, нарисовав его самого, вручила потрет  юному гелонгу.

Он поблагодарил, но мне показалось, что набросок с дерева Пробуждения ему был бы  гораздо  более дорог, чем собственное изображение.

В лагерь к нам приезжали Высокие Учителя: Кунделинг Ринпоче, посвятивший время для общения с нами, даровавший комментарий к предварительным Учениям Его Святейшества, Мингюр Ринпоче. Они  не переставали удивлять и поражать нас своей добротой, скромностью и величием.

Большой Учитель, Кунделинг Ринпоче , приезжая по просьбе  учеников в наш скромный лагерь, занимая приготовленное ему  место в темной столовой, был спокоен, радостен и не выказывал ни малейшей тени усталости, недовольства или  досады.

Герел Нурова: «Место, где практиковали великие учители прошлого, оставляет в сердце покой и мир»Он был как свет, после его отъезда по окончании лекции в помещении будто темнело. Его любовь к людям, к каждому  из присутствующих была очевидна и непередаваема.

Мингюр Ринпоче – сын великого Ургъена Тулку Ринпоче, сам выдающийся лама традиции Кагъю, дважды посетил нас также по приглашению Хонгора Эльбикова и Санала-гелюнга. Его резиденция-гомпа  оказалась совсем близко от места нашего проживания.

Ясный,  сжатый стиль его учения также оставил в умах и сердцах свой след. Невысокого роста в сланцах на босу ногу с внимательным взором, Мингъюр Ринпоче  оказал уважение  и  участие по отношению к паломникам в многотрудном пути в поисках истинного счастья.

К слову, следует отметить, что на лекции учителей в лагерь подтягивалось большое количество паломников из других регионов России. Так, стоя в ожидании Учителя, я познакомилась с буддисткой из Бурятии и ее сыном.

Было много прекрасных моментов в Бодхгае. Перед Учением каждый день читалась Сутра Сердца («Праджняпарамита хридая сутра»), и когда читалась она на санскрите индийскими детьми из школы Варанаси, аудитория затихала, в тишине плыли волны санскритских звуков. Вечная музыка «Праджняпарамита сутры», исполняемая подростками, их звонкие голоса с хрипотцой, со своей окраской, читаемые в Бодхгае, - все было прекрасным, просто непередаваемым.

И в очередной раз была дана  возможность  сильно задуматься над своей жизнью, поведением и  мыслями.

Герел НУРОВА

Оставить ответ

Введите цифры изображенные на картинке:

Архивы

Translator

Russian flagItalian flagKorean flagChinese (Simplified) flagChinese (Traditional) flagPortuguese flagEnglish flagGerman flagFrench flagSpanish flagJapanese flagArabic flagGreek flagDutch flagBulgarian flagCzech flagCroat flagDanish flagFinnish flagHindi flagPolish flagRumanian flagSwedish flagNorwegian flagCatalan flagFilipino flagHebrew flagIndonesian flagLatvian flagLithuanian flagSerbian flagSlovak flagSlovenian flagUkrainian flagVietnamese flagAlbanian flagEstonian flagGalician flagMaltese flagThai flagTurkish flagHungarian flag